Куда «сливают» сверхдоходы пенсионного фонда РК?

Необходимо перейти ко сметной модели его финансирования, считает член общественного совета ЕНПФ Азамат Джолдасбеков.

Монополия на пенсионные взносы (сейчас в системе 10,2 трлн тенге накоплений) сделала ЕНПФ одним из самых успешных финансовых институтов. По итогам 2018 комиссионные доходы фонда составили 60 млрд тенге и в 7 раз превысили комиссионные расходы (8 млрд тенге). В 2017 разрыв в комиссионных составлял 2,7 раза, в 2016 – 8,9 раз.

В обычных акционерных обществах излишки прибыли изымаются из оборота и возвращаются акционерам в виде дивидендов. В случае ЕНПФ дивиденды не выплачиваются. Фонд является некоммерческой организацией и не распределяет прибыль. Согласно законодательству и уставу, чистая прибыль идет на развитие фонда.

Пикантность ситуации в том, что пенсионному фонду столько денег не нужно. Его операционные расходы в последние два года едва превышают 12 млрд тенге и с лихвой перекрываются операционными доходами. В 2018 операционные доходы сложились в размере 62 млрд тенге, в 2017 – в размере 35 млрд тенге. Фонд серьезно режет издержки, сокращая персонал и точки присутствия в регионах, и дополнительно расширяет доходную базу. По итогам 2018 чистая прибыль фонда составила 41 млрд тенге. Деньги пополняют собственный капитал ЕНПФ, их инвестируют в финансовые инструменты и получают дополнительный доход.

На фоне голосов правительства, что денег в пенсионной системе недостаточно и необходимы еще 5% взносов, ситуация с пухнущим от избыточной собственной ликвидности ЕНПФ становится просто неприличной.

Независимый эксперт, член общественного совета ЕНПФ Азамат Джолдасбеков предлагает сменить финансовую модель фонда и перейти на сметную систему бюджетирования. В этом случае фонд станет получать вознаграждение за выполнение функций, а не за прибыль как таковую.

— Модель финансирования организации должна строиться исходя из тех функций, которые она осуществляет. У пенсионного фонда функции достаточно простые: собрать деньги, учесть и хранить их; отдать эти деньги в управление, получить доход. Исходя их этих функций, фонд не должен брать деньги за управление активами и комиссию от объема средств, находящихся на счетах — с точки зрения администрирования, себестоимость функций одинакова. По-хорошему, надо уходить от комиссий в процентном выражении и переходить на оплату в абсолютном выражении – за сохранность и учет активов, – говорит Джолдасбеков.

Стоимость услуг в абсолютном выражении должен определять совет директоров фонда, поскольку ЕНПФ работает в форме акционерного общества. В нынешней практике фонд собирает деньги за инвестиционное управление (собственными и пенсионными активами) и передает их управляющему – Нацбанку — в размере, определяемом нормативами. В 2018 комиссия за инвестиционное управление составляла 5,25%, в 2019 комиссию снизили до 5% от суммы инвестиционного дохода.

Услуги Нацбанка по доверительному управлению пенсионными активами обошлись вкладчикам в 2018 в 5 млрд тенге, в 2017 — в 14 млрд тенге (были выплачены дополнительные 9,9 млрд тенге за сверхдоходность в управлении). Нацбанк также является банком-кастодианом, на счетах которого хранятся активы ЕНПФ – собственные средства и деньги вкладчиков. Услуги кастоди оцениваются в 2 млрд тенге ежегодно.

Сжатие нормы вознаграждения Нацбанку лишь усугубит ситуацию – денег на балансе фонда будет собираться еще больше. По данным ЕНПФ, в первом полугодии 2019 его доходы составили 34,1 млрд тенге (из которых 27,7 млрд тенге получено виде комиссионного вознаграждения). Расходы фонда составили 9,8 млрд тенге, выручка превысила издержки в 3,4 раза.

Отметим, что вознаграждение за инвестиционное управление собственным портфелем ЕНПФ берет с комиссии за инвестиционное управление активами вкладчиков, то есть с вкладчиков. И, если говорить о нормальной работе ЕНПФ как фонда, то совет директоров должен выбирать управляющих активами, исходя из просчитанной экономики. Однако возникает конфликт интересов. Нацбанк, как один из управляющих, в идеале должен приглашаться на конкурсной рыночной основе. При этом Нацбанк остается регулятором, который несет ответственность за доверенность пенсионных активов частным управляющим. А, главное, ставит во главу угла показатели инвестиционной доходности, которые должны исполнять КУПА, чтобы работать с пенсионными активами.

Иными словами, совет директоров ЕНПФ, помимо сохранности и доходности активов в частном управлении, должен волновать вопрос стоимости их управления. И КУПА нужно выбирать, в том числе, по стоимостному признаку. Пока же Нацбанк интересует исключительно инвестиционная доходность.

— Такое происходит потому, что структура управления ЕНПФ не подчинена ключевому принципу, которому должен следовать любой фонд – управление деньгами в интересах их владельцев. Поэтому в ЕНПФ нет нормального совета директоров и нарушены его функции, потому что массу решений принимает Нацбанк, который всего лишь — управляющий фонда, – комментирует Джолдасбеков.

По его мнению, следует изменить законодательство в части управления ЕНПФ и четко прописать полномочия акционеров, совета директоров и управляющего активами. Важно установить размер суммы, которую фонд будет собирать с вкладчиков для финансирования собственных нужд как субъекта деятельности. Определяться размер должен на ежегодной основе, исходя из потребностей – сметы расходов – фонда: заработная плата, бонусы, затраты на развитие и др. У фонда должна быть программа капитальных расходов: сколько денег требуется на текущее содержание и на развитие. Исходя из сметы расходов, стоит просчитать суммы, которые надо брать с вкладчика.

— Здесь есть важный нюанс: у значительного числа вкладчиков нет возможности, платить фонду по сметному варианту ввиду минимального объема накоплений. Допустим, нужно будет заплатить 3 тыс. тенге в год, а на счету всего 10 тыс. тенге. Формально фонд прав, что заберет свою оплату — она не зависит от размера денег на счете. С другой стороны, мелкому вкладчику не понравится, что существенную часть денег забрали со счета. Поэтому модель оплаты услуг ЕНПФ не будет простой, но, думаю, нет ничего сложного в том, чтобы сделать модель, которая бы учитывала интересы и мелких вкладчиков, – полагает Джолдасбеков.

Текущая модель финансирования ЕНПФ была скопирована с модели финансирования частных НПФ и ГНПФ, поскольку в 2013, на момент слияния их активов в единый ЕНПФ, этот вопрос мало кого интересовал. В последние годы ЕНПФ накопил на счетах миллиардные доходы, и вопрос стал интересовать многих. Цена вопроса – 41 млрд тенге, и, по сути, это деньги вкладчиков. Заработки ЕНПФ происходят от взносов вкладчиков и могут быть распределены между ними.

— Судьбу нераспределенной прибыли, с точки зрения бухгалтерского учета, должен решать акционер ЕНПФ – правительство. И при большом желании деньги правительство может забрать себе, что было бы, на самом деле очень странно, – признается Джолдасбеков.

В 2012 комиссионные доходы частных ЕНПФ составили 40,5 млрд тенге против расходов свыше 30 млрд тенге.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Proudly powered by WordPress
Theme: Esquire by Matthew Buchanan.

[email protected]